Небесный покровитель храма

Св. блгв. кн. Георгий (Юрий) Всеволодович

        17 ФЕВРАЛЯ ( 4 ФЕВ. СТ. СТИЛЮ) — ДЕНЬ ПРОСЛАВЛЕНИЯ                 17 МАРТА (4 МАРТА СТ. СТИЛЬ) — ДЕНЬ КОНЧИНЫ 

Великий князь Георгий Всеволодович был вторым сыном великого князя Все­волода III Георгиевича, по прозванию Большое Гнездо, и княгини Марии Швар­новны. Он родился 26 ноября (9 дек. нов.ст.) 1187 года (по некоторым источникам 1189 года) в городе Суз­дале и по желанию отца получил имя деда. Пяти лет от рода княжич Георгий по обычаю того вре­мени был «посажен на конь», совершены были его постриги. Торжество про­исходило в Суздале. Когда ему исполнилось 19 лет, его мать Мария, сильно заболевши, постриглась в монастыре Пресвятой Богородицы во Владимире на Клязьме, и Георгий провожал свою мать до обители. Через несколько дней она сконча­лась, и Георгий оплакивает кончину матери, особенной любовью которой он пользовался. В 1211 году князь Георгий вступил в брак с дочерью киевского князя Всеволода Святославича Чермного, родной се­строй святого благоверного князя Михаила Черни­говского. От этого брака князь Георгий имел трех сыновей — Всеволода, Мстислава и Владимира.

князь ГеоргийВ XII—XIII веках, когда жил благоверный князь Геор­гий, Русская земля силь­но страдала от междоусобий удельных князей, между которыми была разде­лена. Отец Георгия великий князь Всеволод III пытался достигнуть объединения и за свои заслуги получил имя Великого Всеволода, однако не был в состоянии пре­кратить удельную вражду и при своей жизни не раз привлекал детей своих к участию в междоусобной борьбе. Таким образом молодой Георгий в первый раз выступает в истории действующим вместе с отцом и братьями в осаде Прон­ска в 1207 году. В следующем году Георгий Всеволодович отражал нападе­ние прежнего пронского князя Михаила и двоюродного его брата Изяслава на Мос­ковские волости великого князя, действовал потом против мятежных новгородцев.

кн. ГеоргийВ 1212 году великий князь Всеволод стал изнемогать и захотел при жизни урядить сыновей, которых у него в то время оставалось шестеро: Константин, Георгий, Ярослав, Святослав, Владимир и Иоанн. Он послал за старшим Конс­тан­тином, княжившим в Ростове, желая дать ему после себя стольный город Вла­димир, а в Ростов посадить Георгия. Но Константин не соглашался на та­кое распоряжение и ответил отцу: «Если хочешь сделать меня старшим, то дай мне начальный город Ростов и к нему Владимир, или, если тебе так угодно, дай мне Владимир и к нему Ростов».

Всеволод, посоветовавшись с боярами и епископом Иоанном, решил наказать непослушного Константина — отдать старшинство Георгию и 14 ап­реля 1212 г. на 64 году жизни скончался. Константин оскорбился на Георгия и «воздвиже брови своя со гневом». Так сделался великим князем владимирским Георгий Всеволодович, получив­ший в наследие неустроенную землю, борьбу городов и князей и нерасположение обиженного старшего брата. Уже в следующем году Константин, недовольный потерей старшинства, возбудил всю землю Суздальскую и поднял восстание на брата Георгия. И остальные братья приняли участие в междоусобии. Собран­ные ими войска сошлись под Ростовом у реки Ишни. На сей раз братья поми­рились и разошлись по своим городам без битвы, так как великий князь, сильный миролюбием и предусмотрительностью, имел средства избежать кро­вопролития. В другой раз усобицу начал Владимир Всеволодович, выбежавший из своего города Юрьева Польского сперва на Волок, а оттуда на Москву, чтобы отнять их у Георгия. За последнего стал брат Ярослав. Полки Владимирабыли прогнаны дмитровцами, до большой битвы дело не дошло, великий князь не пожелал мстить нападавшему, и братья опять помирились. Князь Ярослав рассорился с новгородцами, которые взяли себе князем храброго Мстислава Мстиславича Удалого; возникла новая усо­бица, в которой Георгий Всеволодо­вич должен был поддерживать Ярослава, а с новгородцами соединились пско­вичи, смольняне и все сторонники князя Константина Ростовского. Стена Нижегородского кремляВ апреле 1216 года произошла Липицкая битва (битва называется от речки Липицы в Юрьевском уезде, Владимирской губернии, близ которой она разыгралась), в которой великий князь и его союзники были разбиты наголову, и ему при­шлось уступить первенство брату Константину. Уходя из Владимира в Ради­­лов — городок на Волге, Георгий Всеволодович молился у отцовского гроба и со слезами говорил: «Суди Бог брату моему Ярославу, что довел меня до этого».

В 1217 году Георгий Всеволодович получил от брата Константина предло­жение взять княжение в Суздале; а когда 2 февраля 1218 года великий князь Константин скончался, то следующий за ним по старшинству Георгий Всеволо­дович возвратился на великокняжеский стол, который занимал до своей стра­дальческой кончины. Отмеченные черты смутного состояния Руси выступали во всей силе в те­че­ние дальнейшего правления Георгия Всеволодовича и привели государство к страшному погрому, известному под именем монгольского (татарского) ига. Новгородская вольница причиняла великому князю великие заботы и отвлекала его силы на бесплодную внутреннюю борьбу. По просьбе новгородцев он неодно­кратно посылал им в правители то сына своего Всеволода, то шурина своего святого князя Михаила Черниговского, вынуждался идти походом на земли Нов­городские и занимал своими полками Торжок: порядка в Новгороде не удалось достигнуть. Между тем государство терпело от набегов восточных соседей — камских болгар и мордвы. В большом походе болгар в 1220 году по предложению великого князя приня­ли участие брат его Ярослав, княживший в Переяславле, племянник Василько Константинович из Ростова, муромский князь Святослав Давидович и другие. Поход был удачный, но утомитель­ный. Чтобы закрепить достигнутые успехи, великий князь основал (в 1221 г.) при устье Оки крепость — город Нижний Новгород.

Св. блгв. кн. Георгий Всеволодович. Покров XVII в.Заложен был город на Мордовской земле, а потому после 1221 года должны были возникнуть и возникли особенно враждебные действия со стороны мордвы. В 1229 году мордва приходила с князем своим Пургасом к самому Нижнему Новгороду и успела сжечь устроенные здесь Богородицкий монастырь и заго­родную церковь. Продолжалась борьба и с болгарами. Но главные заботы ве­ликого князя Всеволода вызывались внутренней враждой князей. Великому князю владимирскому приходилось вести войну с Черниговом и всячески умиро­творять беспокойного брата Ярослава. Главным поводом к раздору был тот же Новгород, где враждовали сторонццца Михаила Черниговского и суздальская. Ярослав под тем предлогом будто Георгий Всеволодович продолжает поддер­живать Михаила в Новгороде, возбудил против великого князя его племянников Константиновичей — Василька, Всеволо­да и Владимира. В 1229 году Геор­гий Всеволодович собирал к себе во Владимире недовольных родственников и успо­коил их. За то скоро возмутился Михаил Черниговский и вместе с князем Владимиром Киевским двинулся на волынских князей Даниила и Василька Романовичей, бывших в близком родстве с великим князем, выдав­шим за Василька свою дочь. Поход в Черниговские волости, хотя и не сопро­вож­давшийся битвами и победами, не увеличил ни русской военной силы, ни единодушия князей русских, против которых уже стоял вблизи страшный враг — монголы. Еще под 1229 годом наши летописи упоминают, что саксины и половцы прибежа­ли с низовьев Волги к болгарам, гонимые татарами, прибежали и сто­рожа болгар­ские, разбитые татарами на реке Яике. В 1236 году 300 тыс. татар под начальством Батыя вошли в землю Болгарскую, сожгли город Великие Болгары, истребили всех жителей и опустошили землю; а в следующем году лесною стороною с востока татары явились и в пределах Рязанских. Князья ря­зан­ские, не допуская татар к городам, отправились к ним навстречу в Во­­ронеж и объявили: «Когда никого из нас не останется, тогда все будет ваше». Такая решимость не спасла государства. Разрозненные уделы один за дру­гим были покорены врагом, не встретившим объединенного отпора всей земли. Крайне тяжело, вероятно, было на душе у великого князя, посвятившего всю жизнь свою объединению и внутреннему миру и теперь перед страшной опас­ностью видевшего Русскую землю разделенной и обессиленной. Рязань сож­жена. При­шла очередь и стольному Владимиру. Опустошив Рязанскую землю, татары дви­нулись к Коломне. Здесь дожидался их сын великого князя Всеволод с беглым рязанским князем Романом и воеводой Иеремией Глебовичем. После крепкой сечи великокняжеское войско потерпело поражение. В числе убитых были князь Роман и воевода Иеремия, а Всеволод Георгиевич успел спастись с малой дружи­ной бегством во Владимир. Татары шли дальше; взяли Москву, где убили воеводу Филиппа Няньку, захватили князя Владимира Георгиевича и отправились с ним к Владимиру. Великий князь оставил здесь своих сыновей Всеволода и Мстислава с воеводой Петром Ослядуковичем, а сам с тремя племян­никами Константинови­чами поехал на Волгу и стал на реке Сити. Потом, оста­вив здесь воеводу Жирослава Михайловича, отправился по окрестным волос­тям собирать ратных людей, поджидал и братьев Ярослава и Святослава. Между тем татары быстро двига­лись вперед. Скоро к великому князю на Сити была при­несена страшная весть: его сын князь Владимир убит, другой князь — Все­волод, понявши, что силой города не отстоять, вышел к Батыю с дарами и был также умерщвлен, Мстислав с частью жителей пытался укрыться в ста­ром городе и был убит татарами. Епископ Митрофан, великая княгиня с дочерью, снохами и внучатами, другие княгини со множе­ством бояр и простых людей заперлись в Успенском соборе на хорах. Татары отбили двери, церковь огра­били, а бывших там сожгли вместе с церковью. Перед смертью многие при­няли иноческий образ от епископа Митрофана. Выслушав скорбную повесть, великий князь заплакал. «Господи, Боже мой! — взывал он. — Испытание, То­бою ниспосланное, тяжело мне! Ты лишил меня, как некогда Иова, лишил всего, что у меня было. Жена и дети мои погибли. Взяты Тобою и люди, вве­ренные Тобою же моей державе. Что же делать мне? Согрешили мы пред Тобою, Господи, и Ты смирил нас: праведен Ты, Господи, и правы суды Твои о нас. Но эта кровь множества людей, не повинных в наших грехах? Господи, Господи! Ты призвал к Себе это множество новых мучени­ков: почто же меня еди­ного сохранил посрамленным? Всемилостиве Господи! Не лишай и меня, грешного и недостойного, Твоего участия в их славе, сподоби и меня пострадать со Хрис­том, как они пострадали, ради имени Твоего святого, Отца, и Сына, и Святаго Духа. Но да будет воля Твоя святая, яко благословен еси во веки. Аминь». Молитва укрепила его, и князь стал спокойно готовиться к битве и к смерти. Воевода Дорожа с трехтысячным отрядом послан был разузнать о неприятеле; но он скоро возвратился и донес, что татары уже обошли русское войско кру­­гом. Тогда князь сел на коня и вместе с братом Святославом и тремя пле­мянниками выступил против врагов. Произошла страшная сеча, русские полки побе­жали, и великий князь был убит. Татары отсекли ему голову. Молит­ва его была услы­шана, он пал как добрый воин, как мученик за веру и Русь Пра­вославную. Как буря, пронеслось вражеское войско, оставив за собою поле, покрытое трупами. Недолго спустя после битвы возвращался с Белоозера к своей пастве Ростовский епископ Кирилл. Путь его лежал недалеко от Сити. Архипастырь зашел сюда, чтобы вознести свои молитвы к Богу об упокоении душ за веру и отечество павших воинов. Среди множества мертвых тел святитель узнал по великокняжескому оде­янию тело великого князя Георгия, но туловище его лежало без головы. С благоговением взял он тело князя, принес его в Ростов и здесь при великом плаче народа, отпев обычные погребальные пения, похо­ронил его в соборном Богородичном храме. Через некоторое время была най­дена и глава князя-страдальца, принесена и приложена к телу. Новый великий князь, брат почившего, Ярослав Всеволодович, устроившись во Владимире, очистив от трупов и возобновив церкви, в 1239 году послал в Ростов за телом благоверного Георгия. Честные останки великого стра­дальца возле Владимира встретил митрополит Кирилл II со всем духовенством, великий князь Ярослав с братом Святославом и детьми, со всеми боярами и всеми жителями Владимира от мала до велика. При виде гроба раздался общий плач и рыдания, заглушавшие церковное пение. Гроб был положен в соборе Успения Пресвятой Богородицы, где лежал и Всеволод, отец князя Георгия. Дивный во святых Своих Господь благоволил утешить сердца русского народа, явив в благоверном князе Георгии Своего угодника. Все бывшие при перенесении тела уви­дели преславное чудо: глава святого Георгия, отсеченная татарским мечом, при­росла в гробе к телу, так что не видно было на теле и следа отсечения ее, но все составы были целы и неразлучны. Каменный гроб, в котором были положены мощи святого Георгия, установлен в возглавии гробниц с телами его сыновей — Всеволода, Мстислава и Владимира. В этом гробе тело пребывало до 1645 года, когда обретено было нетленным и переложено в сребропозлащенную гробницу, устро­енную патриар­хом Иосифом, питавшим особенное уважение к этому святому.

Река Сить

Река Сить

Почитание Георгия Всеволодовича прослеживается в летописании XIII-XVI вв. В Повести о нашествии Батыя в составе Лаврентьевской летописи 1377 г. (свод 1305 г.) владимирские князья, погибшие в 1238 г. на Сити, характеризуются как мученики за Христа: Василько «кровью мученичьскою омывся прегрешении своих с братом и отцем Георгием, с великим князем» (Там же). В Похвале Георгию Всеволодовичу, читающейся в той же летописи, говорится, что он был «украшен добрыми нравы… потщася Божья заповеди хранити, и Божии страх присно при себе имея в сердци… не щадяше именья своего, раздавая требующим, и церкви зижа, и украшая иконами безъценными и книгами… чтяшет же излиха чернечьскыи чин и поповьскыи, подая им еже на потребу, тем и Бог прошенья его свершаше» (Там же. Стб. 468). В «Русский хронограф» редакции 1512 г. включен рассказ «О убиении великаго князя Юрья», содержащий молитву Георгия Всеволодовича перед битвой на Сити после получения известия о взятии Владимира (Там же. Т. 22. С. 398). В Никоновской летописи (кон. 20-х гг. XVI в.) молитва Георгию Всеволодовичу заканчивается прошением о причтении «с новыми сими мучениками» (Там же. Т. 10. С. 109). К сер. XVI в. Георгий Всеволодович еще не был канонизирован: его имя включено в Помянник русских князей и княгинь, созданный между 1 окт. 1556 и 30 янв. 1557 г. по указанию царя Иоанна IV Васильевича, в раздел «А сех поминати на понахидах» (Россия и греческий мир в XVI в. М., 2004. Т. 1. С. 215, 399).

Служба Георгию Всеволодовичу опубликована в Трефологионе (М., 1637), в печатные Святцы (М., 1647) включены тропарь и кондак. Наиболее ранний список службы датируется ок. 1630 г. (РГБ. Ф. 304. № 628), древнейшая нотированная служба содержится в рукописном Стихираре 50-х гг. XVII в. (РГБ. Ф. 379. № 64). В «Уставе церковных обрядов московского Успенского собора» (ок. 1643) о праздновании памяти Георгия Всеволодовича говорится: «В 4 день (февр. — А. Г.) празднуют великомученику князю Георгию Всеволодовичу Владимерскому, благовест в лебедь, трезвон средний» (РИБ. Т. 3. Стб. 53). Под 4 февр. имя Георгия Всеволодовича включено в Месяцеслов Симона (Азарьина) (РГБ. МДА. № 201. Л. 311, сер. 50-х гг. XVII в.), в Синодик московского Успенского собора (ок. 1684) (ДРВ. М., 17882. Ч. 6. С. 439), а также в «Описание о российских святых» (конец XVII-XVIII в.). Утвердившееся с XVII в. празднование памяти Георгия Всеволодовича 4 февр. (вместо 4 марта) скорее всего, восходит к Степенной книге. В 1889 г., когда отмечалось 700-летие рождения Георгия Всеволодовича, Нижегородская епархия ходатайствовала перед Святейшим Синодом о перенесении празднования на 4 марта, однако это привело к тому, что обе даты стали отмечаться в Нижегородской епархии как дни памяти Георгия Всеволодовича. В том же году Тверской архиеп. Савва (Тихомиров) благословил праздновать память Георгия Всеволодовича 4 марта (17 мрт. н.ст.) в Покровской ц. в с. Боженка Кашинского у. Тверской губ. (по местным преданиям, именно там произошла битва на Сити), ранее в Покровской ц. был освящен придел во имя Георгия Всеволодовича.

22 января  ( 4 фев. н.ст.) 1645 г. в присутствии патриарха Иосифа и царя Михаила Феодоровича в Успенском соборе состоялось обретение нетленных мощей Георгия Всеволодовича, которые были перенесены из каменной гробницы, стоявшей в алтаре Благовещенского придела, в серебряную позолоченную раку в центре собора у юж. столпа, изготовленную на средства патриарха. На крышке раки помещалась икона Георгия Всеволодовича, изображающая князя в рост под образом Св. Троицы, с мечом в ножнах и с мученическим крестом (ныне в ГТГ). На раке находилась шитая пелена той же иконографии (ныне в ГВСМЗ). Рака XVII в. не сохранилась (переплавлена в окт. 1941). У гробницы Георгия Всеволодовича в XVII в., очевидно, были отмечены случаи исцелений, поскольку в надписи на раке 1645 г. (известна в публикациях XIX в.) и в описании захоронений Успенского собора 80-х гг. XVII в. Георгий Всеволодович именуется Владимирским и всея России чудотворцем (Сиренов. Путь к граду Китежу. С. 36, 39). В 1852 г. на средства, пожертвованные от всех сословий Владимира, была изготовлена новая серебряная рака, куда переложили св. мощи князя. В 1888 г. по распоряжению Владимирского архиеп. Феогноста (Лебедева) рака была поставлена между 2 колоннами в середине собора, справа от архиерейского места. При устройстве нового иконостаса в 1768-1774 гг., сопровождавшемся подъемом уровня пола в алтарях и на солее, первоначальный каменный гроб Георгия Всеволодовича оказался засыпанным землей.

По предположению А. В. Сиренова, к перенесению мощей 1645 г. было написано т. н. Владимирское житие Георгия Всеволодовича (наиболее ранний список — ГВСМЗ. В-5636/109. Л. 40-89, 1695 г.), основанное на тексте, близком к Симеоновской летописи XV в. (та же летопись послужила источником для составления и «надгробных листов» во владимирском Успенском соборе). Особый вариант Жития Георгия Всеволодовича («Житие и страдание»), в основу которого лег текст из Степенной книги, был создан ок. сер. XVII в. в Костроме (известен в 1 списке — РГБ. Ф. 218. № 768. Л. 10 об.- 43, 2-я четв. XVIII в.), по-видимому, Сергием (Шелониным), в 1647-1648 гг. являвшимся настоятелем Ипатиевского во имя Св. Троицы муж. монастыря. В это житие включена легенда об основании Георгием Всеволодовичем Юрьевца-Повольского. Костромское Житие Георгия Всеволодовича было, вероятно, использовано при составлении старообрядцами Сказания о граде Китеже (кон. XVII в.). Главным героем произведения является Георгий Всеволодович, пострадавший «от царя Батыя за веру Христову и за святые церкви». В отредактированном виде эта редакция жития вошла в Четьи Минеи Андрея Денисова (см. Денисовы) 1713-1715 гг. Старообрядческий мон. Иона Керженский включил краткое Житие Георгия Всеволодовича, составленное на основе Степенной книги, в «Алфавит русских святых» (ЯМЗ. № 15544. Л. 129 об.- 130, 1807-1811 гг.).

Кафедральный Успенский собор Владимира
Кафедральный Успенский собор Владимира

В 1774 г. во имя Георгия Всеволодовича был освящен южный придел владимирского Успенского собора. Вероятно, в это время на столпе над гробницей князя появилась стихотворная надпись, автором которой считают имп. Екатерину II Алексеевну (опубл.: Филарет (Гумилевский). РСв. Март. С. 38). В 1795 г. во имя Георгия Всеволодовича был освящен левый придел нижегородского Архангельского собора, в 1863 г.- левый придел Спасо-Преображенского собора Н. Новгорода. В 1889 г. в дар Н. Новгороду из Владимира была передана великокняжеская шапка, по преданию принадлежавшая Георгию Всеволодовичу.

13 и 15 февр. 1919 г. состоялось вскрытие мощей Георгия Всеволодовича, которое подтвердило действительность описанного в Степенной книге чуда — что при захоронении останков князя во Владимирском Успенском соборе отсеченная голова приросла к телу. В акте вскрытия мощей говорится: «У влк. кн. Георгия, убитого в бою с татарами… в котором ему была прочь отсечена голова, последняя оказалась приросшей к телу, но так, что можно было заметить, что она раньше была отсечена, так что и шейные позвонки были смещены и срослись неправильно» (цит. по: Лазарева. С. 29). Св. мощи Георгий Всеволодович после вскрытия были изъяты из собора, возвращены Церкви в 50-х гг.XX в. (ранее 1958). В наст. время почивают во Владимирском Успенском соборе. Канонизация Георгия Всеволодовича подтверждена включением его имени в Собор Владимирских святых, празднование которому было установлено в 1982 г. по благословению Владимирского и Суздальского архиеп. Серапиона (Фадеева).

Частицею своих моще святой благоверный великий князь Георгий почивает в храме своего имени в граде Сумы на Украине. Икона святого князя была написана и подарена в больничный храм иконописцем Сергеем Образом, в которую и вмонтирована частица мощей святого.

Ист.: ПСРЛ. Т. 1. Вып. 2, 3; Т. 3; Т. 6. Вып. 1; Т. 10; Т. 18; Т. 21. Ч. 1; Т. 23-25; Т. 38; Т. 41 (по указ.); Халанский М. Г. Мат-лы и заметки по истории древнерус. героического эпоса. [Ст. 2]: Плач вел. кн. Юрия Всеволодовича // ИОРЯС. СПб., 1903. Кн. 8. № 2. С. 169, 175-176; Минея (МП). Февраль. С. 143-154 [Служба Г.]; Июнь. Ч. 2. С. 248.

Лит.: Филарет (Гумилевский). РСв. Март. С. 32-43; Барсуков. Источники агиографии. Стб. 122-124; Описание о российских святых. С. 217-218; Жизнь и деяния св. блгв. вел. владимирского кн. Георгия (Юрия) II Всеволодовича. Н. Новг., 1889; Св. блгв. вел. кн. Георгий Всеволодович, чудотворец Владимирский. Вязники, 1889; Димитрий (Самбикин). Месяцеслов. Февраль. С. 47-55; Март. С. 24-30; Серебрянский Н. [И.]. Древнерус. княжеские жития. М., 1915. С. 149-151, 182; Воронин Н. Н. Зодчество Сев.-Вост. Руси XII-XV вв. М., 1961-1962. Т. 1-2; Кучкин В. А. Формирование гос. территории Сев.-Вост. Руси Х-XIV вв. М., 1984; Лимо¬нов Ю. А. Владимиро-Суздальская Русь. Л., 1987; Маркелов. Святые Др. Руси. Т. 1. № 229. С. 459; Лазарева Н. Ю. «Непобедимые сопротивными силами»: Судьба св. мощей рус. угодников Божиих в XX в. // Даниловский благовестник. 1998. Вып. 9. С. 29; Самойлова Т. Е. Св. кн. Георгий Владимирский: История почитания // Макарьевские чт. Можайск, 1998. Вып. 6. С. 145-154; Сиренов А. В. Путь к граду Китежу: Кн. Георгий Владимирский в истории, житиях, легендах. СПб., 2003; он же. Житие Георгия Всеволодовича // СККДР. Вып. 3. Ч. 4. С. 377-380 [Библиогр.].

А. Н. Рябов, А. С. Преображенский, Я. Э. З.

Св. блгв. кн. Георгий (Юрий) ВсеволодовичИконография Георгия Всеволодовича достаточно обширна, включает образцы, свидетельствующие о его почитании в московских, во владимирских и в нижегородских землях. По мнению некоторых исследователей (Н. Н. Воронин, Г. К. Вагнер и др.), прижизненное изображение Георгия Всеволодовича входит в состав рельефной композиции в тимпане вост. закомары сев. фасада Димитриевского собора во Владимире (90-е гг. XII в.): представлен восседающий на престоле «правитель» с отроком на коленях и 4 отроками по сторонам. Согласно традиционной интерпретации сюжета, это изображение вел. кн. Всеволода Юрьевича Большое Гнездо и 5 его сыновей, родившихся к моменту строительства храма, в т. ч. Георгий Всеволодович (Воронин Н. Н. Зодчество Северо-Вост. Руси XII-XV вв. М., 1961. Т. 1. С. 436; Вагнер Г. К. Скульптура Древней Руси, XII в.: Владимир, Боголюбово. М., 1969. С. 258); в последнее время эта версия обоснованно подвергается сомнению мн. исследователями (ПЭ. Т. 9. С. 556).

Изображения Георгия Всеволодовича без индивидуальных особенностей, но с возрастной характеристикой, присутствуют на миниатюрах Лицевого летописного свода 70-х гг. XVI в.- Голицынский тома (напр. на миниатюре представлено положение главы князя в гроб с его телом) и особенно Лаптевского тома, где проиллюстрированы основные события жизни и княжение Георгия Всеволодовича, в т. ч. походы против рязанских князей, женитьба, завещание ему вел. княжения, противостояние с кн. Константином и битва на р. Липице, Георгий Всеволодович садится на вел. княжение во Владимире, принимает болг. послов, основание Н. Новгорода и др.

Судя по сохранившейся росписи Архангельского собора Московского Кремля 1652-1666 гг. (очевидно, строго следующей более ранней программе 1564-1565 гг.), образ Георгия Всеволодовича как одного из царских предков, которому уделено большое внимание в тексте Степенной книги, был включен в первоначальное убранство храма (помещен на юж. грани юго-зап. столпа). Одно из ранних изображений сохранилось на иконе блгв. кн. Александра Невского с 36 клеймами жития кон. XVI — нач. XVII в. из придела Входа Господня в Иерусалим собора Покрова Богородицы на Рву (ГИМ): в 32-м клейме «Чудо о победе на Молодех» представлены святые Борис и Глеб и Георгий Всеволодович среди владимирских блгв. князей, которые, встав из гробов, помогают русскому войску в сражении 1572 г. с крымским ханом Девлет-Гиреем (Бегунов Ю. К. Житие Александра Невского в станковой живописи нач. XVII в. // ТОДРЛ. 1966. Т. 22. С. 315-317).

Единоличные образы святого появились, очевидно, вскоре после обретения его мощей в связи с их почитанием, хотя могли существовать и немного раньше, т. к. служба Георгию Всеволодовичу в рукописном и печатном вариантах была известна уже в 30-х гг. XVII в. На крышке серебряной раки, устроенной в 1645 г. тщанием патриарха Иосифа «по обещанию, во славу и честь» Георгию Всеволодовичу, находилась икона работы царских мастеров (ГТГ) с изображением блгв. князя в рост, в коротком хитоне, доспехах и княжеской шубе (с рукавами и застежками), богато украшенной орнаментами, в шапке-короне, с крестом в поднятой правой руке и мечом в опущенной левой, вверху — образ Св. Троицы Ветхозаветной; позднее икона стояла в местном ряду иконостаса Успенского собора (Антонова, Мнева. Каталог. Т. 2. С. 367-368. № 858). Тогда же, ок. 1645 г., в Москве создан шитый покров на мощи (ГВСМЗ), который в деталях рисунка воспроизводит этот тип иконографии и внешний облик святого: это средовек, с короткими русыми кудрявыми волосами и маленькой бородой, на конце раздвоенной. Почти без изменений и с образом Св. Троицы вверху рисунок повторяется на шитой иконе сер. — 2-й пол. XVII в. (ГВСМЗ); на единоличной иконе (в окладе), того же времени из собора Зимнего дворца (Старые годы. 1915. Июль-авг. Вкл.). Скорее всего ок. сер. XVII в. был изготовлен по царскому заказу и серебряный позолоченный ковчег для мощей Георгия Всеволодовича и свт. Гурия Казанского (ГММК; с 1681 находился в алтаре Благовещенского собора Московского Кремля), в технике высокой чеканки, с близким, но поясным типом изображения блгв. князя, с иным положением рук (десница с крестом возле груди), а также гравированная серебряная дробница ок. 1645 г. (ГВСМЗ) с его образом в рост, происходящая из Успенского собора во Владимире (очевидно, часть оформления раки святого).

Важной особенностью ранней иконографии Георгия Всеволодовича является изображение доспехов, которое отличает его от других русских князей, как правило представленных в плащах или шубах. Стремление подчеркнуть воинское достоинство св. князя, по-видимому, связано с его гибелью в битве с неверными, а также с уподоблением Георгия Всеволодовича его патрональному святому — вмч. Георгию Победоносцу (в надписи на раке XVII в. Георгий Всеволодович именуется «добропобедным Христовым мучеником» — Путь к граду Китежу. С. 36). Другим необычным для русской княжеской иконографии признаком является появление головного убора в виде закрытого венца с городчатым ободом, сближающее изображения Георгия Всеволодовича на крышке раки и покрове с образом мч. царевича Димитрия Иоанновича Угличского на крышке его раки 1628-1630 гг. в Архангельском соборе Московского Кремля. Возможно, эта деталь подчеркивала принадлежность Георгия Всеволодовича к династии владимирских вел. князей — предков московских государей.

Этот типичный извод княжеской иконографии с некоторыми вариациями встречается в храмовых росписях сер. — 2-й пол. XVII в.: в Успенском соборе владимирского Княгинина женского монастыря, 1647-1648 гг. (Георгий Всеволодович с благословляющей десницей), в Архангельском соборе Московского Кремля — одеяния святого, в т. ч. длинное платье, украшены орнаментами, на голове шапка, волосы и борода с проседью (Самойлова Т. Е. Княжеские портреты в росписи Архангельского собора Моск. Кремля: Иконогр. программа XVI в. М., 2004. С. 140) в Успенском соборе ТСЛ, 1684 г. (живопись поновлена в 1859, 1865-1866 гг. мастерами артели Н. М. Сафонова).

В это же время создана серебряная позолоченная пластина 1656 г. с гравированным поясным образом Георгия Всеволодовича — сравнительно молодого, с очень короткой бородой, в шубе и шапке с меховой оторочкой, — помещенная над частицей его мощей в нижней части Кийского креста сер. XVII в. (храм прп. Сергия Радонежского в Крапивниках в Москве). К реликвиям имп. семьи принадлежит мощевик 2-й пол. XVII в. из Гатчинского дворца (ГЭ), включающий живописный образ Божией Матери «Одигитрия», гравированное изображение Георгия Всеволодовича на внутренней стороне крышки (в шубе, открытом городчатом венце, с мечом) и на лицевой его рельефную, покрытую многоцветной эмалью фигуру — редкий образец иконографии святого в виде воина (без шапки, в доспехах, с мечом и стягом).

Судя по сохранившимся памятникам, особая роль в создании произведений с изображением Георгий Всеволодович принадлежала патриарху Иосифу, очевидно, уроженцу Владимира, инициатору обретения мощей блгв. князя. С его именем связано не только изготовление раки и надгробного покрова святого, но и заказ росписей в соборе Княгинина монастыря, где образ Георгий Всеволодович занимает одно из важных мест. У предстоятеля хранилась икона Г. В., участвовавшая в чине празднования дня его памяти 4 февр. в Московском Кремле (Самойлова. Св. кн. Георгий Владимирский. С. 149, 150). По-видимому, по заказу патриарха лучшими московскими мастерами была выполнена и Владимирская икона Божией Матери в киотной раме с избранными святыми, сер. XVII в. (ГВСМЗ; судя по составу изображений, происходит из Успенского собора во Владимире): на правом поле серебряного с позолотой оклада помещен килевидный киотец с образом Георгия Всеволодовича в молении, без типичных для его ранней иконографии меча и мученического креста; на левом поле — мч. Димитрий Угличский. Парное изображение этих святых располагается и на верхнем поле киотной рамы: здесь Георгий Всеволодович представлен без доспехов, с поднятыми руками, продетыми в рукава шубы, в повороте к изображенному фронтально св. царевичу Димитрию. Сочетание изображений 2 святых может быть объяснено текстом описания погребений владимирского Успенского собора в сборнике XVII в. из ТСЛ: «И по обещанию… Иосифа патриарха… мощи благоверного великого князя Георгия Всеволодовича пренесены в великую церковь и положены в серебряную раку у святительского места, подобно тому, яко же на Москве положены мощи благоверного царевича Димитрия Московского чудотворца у Архангела в соборе» (Виноградов А. И., прот. История кафедр. Успенского собора в губ. г. Владимире. Владимир, 1905. Прил. С. 67). Вероятно, идея уподобления владимирского блгв. вел. князя ранее прославленному мч. царевичу Димитрию Угличскому принадлежала патриарху Иосифу и отражала почитание их как новых чудотворцев, молитвенников за Русскую землю и покровителей царского дома Романовых. Их изображения соседствуют и в росписи юго-зап. столпа ц. Положения риз Пресвятой Богородицы Московского Кремля (Саликова Э. П. Настенные росписи церкви Ризоположения // Искусство Москвы периода формирования Рус. централизованного гос-ва / ГММК. М., 1980. С. 150 (Мат-лы и исследования, 3)), созданной по заказу патриарха Иосифа в 1644 г., в период подготовки прославления нового владимирского чудотворца.

Такой тип изображения святого продолжал существовать и в последующее время, судя, в частности, по текстам иконописных подлинников XVIII-XIX вв., где немного варьируется цвет волос и длина бороды: «Подобием черноус, брада проста, подоле Николины, в шапочке, шуба на нем княжеская, под нею латы» (Филимонов. Иконописный подлинник. С. 45; XVIII в.); «пишется как и иные князи, рус, брада со Власиеву» (ИРЛИ. ОП. Оп. 23. № 294; 40-е гг. XIX в.); «и убиение святаго благовернаго князя Георгия, Владимирскаго чудотворца, брада черна проста, подоле Иоакимовы, шуба на нем княжеска» (Большаков. Подлинник иконописный. С. 70; XVIII в.). Достаточно скупое описание внешности Георгия Всеволодовича предложено в руководстве 1910 г. В. Д. Фартусова: «Типа русскаго, средних лет, со средней величины бородой; в одежде русских князей» (Фартусов. Руководство к писанию икон. С. 179).

Во владимирских землях большое распространение получили изображения Георгия Всеволодовича вместе с другими особо почитаемыми там святыми — прежде всего, с его князьями-сродниками. Такие произведения появились уже в сер. — 2-й пол. XVII в.: на раке Георгия Всеволодовича дробница с его фигурой сочеталась с образами блгв. князей Андрея Боголюбского и Александра Невского (Трофимова Н. Н. Рус. прикладное искусство XIII — нач. XX вв.: Из собр. ГВСМЗ. М., 1982. Кат. 61), изображения св. владимирских князей присутствовали в росписи св. ворот Рождественского монастыря во Владимире (Георгиевский В. Т. Город Владимир на Клязьме и его достопримечательности. Владимир, 1896. С. 111; Монастыри, соборы и приходские церкви Владимирской епархии, построенные до нач. XIX ст. Владимир, 1906. Ч. 1. С. 4), а также на обороте писанного на камне запрестольного образа этой обители (Георгиевский В. Т. Краткое описание церковно-исторического древлехранилища Братства св. блгв. вел. кн. Александра Невского во Владимире. Вязники, 1895. С. 34. № 27). На шитой хоругви сер. — 2-й пол. XVII в. Георгий Всеволодович и блгв. кн. Александр Невский предстоят Пресвятой Богородице на престоле (ГВСМЗ); известна икона «Спас Смоленский, с припадающими блгв. князьями Александром Невским и Георгием Владимирским» сер. XVII в. из Успенской (Богородицкой) ц. Успенского жен. монастыря во Владимире (ГВСМЗ), где Георгий Всеволодович представлен без княжеской шапки. Эта особенность, которая часто встречается в изображениях св. князей XVII в. свидетельствует о том, что Георгия Всеволодовича воспринимали не только как князя-воина и сродника русских государей, но и как смиренного мученика и заступника за православных христиан. Молитвенный жест святого на этой иконе — воздетая правая рука (в отличие от позы блгв. кн. Александра Невского), возможно, соотнесен с описанием его мощей (содержится в Степенной книге и разных вариантах жития), где указано, что Георгий Всеволодович лежит в гробу с поднятой десницей: «Еще же и страстотерпческая его честная рука воздета выспрь в молении к Богу, показующу его теплую веру и страдалческия подвиги» (Путь к граду Китежу. С. 21-22).

Иконы Георгия Всеволодовича вместе с владимирскими чудотворцами продолжали создаваться в XVIII-XIX вв. В этот период получили распространение произведения, в которых объединены не только изображения всех св. владимирских князей, включая Георгия Всеволодовича, но и образ мч. Авраамия Болгарского, а также некоторых других святых. Так, во Флорищевой пустыни находилась икона XVIII в., где были представлены св. цари Константин и Елена, блгв. князья Александр Невский, Андрей Боголюбский, Георгий Всеволодович, Глеб Андреевич Владимирский и мч. Авраамий Болгарский (Георгиевский В. Т. Флорищева пустынь: Ист.-археол. описание с рис. Вязники, 1896. С. 127). Изображение Георгия Всеволодовича было включено в роспись заложенной после 1724 г. камнем арки вост. ворот владимирского Рождественского монастыря: здесь образу Божией Матери «Знамение» предстояли св. владимирские князья, мч. Авраамий Болгарский и свт. Максим, митр. Киевский (ПЭ. Т. 9. С. 74-75). Редкий пример более свободной композиции, включающей фигуры всех владимирских князей и мч. Авраамия Болгарского, — образ «Блгв. вел. князья владимирские» 1814 г. работы И. Афанасьева из собрания Н. П. Лихачёва (ГРМ), где фигуры расположены под парящей в небесах Владимирской иконой Божией Матери, на фоне пейзажа, Георгий Всеволодович держит копье (Из коллекций Н. П. Лихачёва: Кат. выст. / ГРМ. СПб., 1993. С. 189-190. № 423).

Особый извод, представленный иконами, вышедшими гл. обр. из владимирских иконописных сел, — изображение 5 местных святых в одном ряду, с фигурой блгв. кн. Александра Невского в центре, или в 2 ряда, причем Георгий Всеволодович, как правило, крайний слева, одет по-княжески, иногда в горностаевую мантию (справа напротив — блгв. кн. Андрей Боголюбский, немного сзади — мч. Авраамий и блгв. кн. Глеб Владимирский): образы кон. XVIII — нач. XIX в. (с мощевиками) и посл. трети XIX в. из Успенского собора Владимира, сер. — 2-й пол. XIX в. (ГВСМЗ, частное собрание). Аналогичный подбор святых — на литографии 1857 г. мастерской И. А. Голышева во Мстёре (цензурные экземпляры 1864, 1871: ЦАК МДА). На палехской иконе кон. XIX — нач. XX в. кисти М. И. Парилова из частного собрания (Тарасов О. Ю. Икона и благочестие: Очерки иконного дела в имп. России. М., 1995. С. 385. Ил. 178), на мстерском образе того же времени (ГВСМЗ) написано только 3 святых князей (Георгий Всеволодович с крестом в руке, плащ в виде домонг. корзна), предстоящих Владимирской иконе Божией Матери; аналогичный образ ок. 1889 г. с дарственной надписью — из собрания И. Е. Забелина (ГИМ). Необычен тип иконографии святого (с непокрытой головой и бородой средней длины, без доспехов и атрибутов) в росписи «альфреско» интерьера Георгиевского собора в Юрьеве-Польском, 1826-1830 гг. крестьянина Т. А. Медведева из с. Тейково.

В иконописи XVIII-XIX вв. нижегородского региона Георгий Всеволодович изображался в основном как основатель города, на фоне архитектурного пейзажа с видами соборов, как на иконах сер. — 2-й пол. XIX в. (НГХМ, Спасский староярмарочный собор Н. Новгорода), где внешний облик, поза и одеяние, несомненно, восходят к ранним произведениям. В Преображенском соборе Н. Новгорода у сев. стены некогда находился большой образ такой иконографии, созданный ок. 1863 г. худож. Д. Салабановым к освящению придела во имя Георгия Всеволодовича; резной позолоченный киот был украшен вверху княжеской короной и военной арматурой, внизу изображена битва на р. Сить (Добровольский. С. 45-46). Подобный вариант существовал и в монументальном искусстве — роспись 1845 г. на холсте, наклеенном на стену, с изображением Георгия Всеволодовича в молении, с видом храма, на юж. стене собора арх. Михаила в нижегородском Кремле (Храмцовский. С. 236); а также в нумизматике — на серебряной медали, изготовленной к 700-летию со дня рождения блгв. князя в 1889 г. (НИАМЗ, частное собрание). Икона такого извода кон. XIX — нач. XX в., где, однако, фоном является Успенский собор Владимира и здание присутственных мест, помещена в настоящее время над ракой святого.

В числе избранных (патрональных) святых Георгий Всеволодович представлен в картуше образа Божией Матери «Прибавление ума» 1833 г. (ГРМ) вместе с прп. Евдокией; в клейме на правом поле иконы «Преображение Господне» кон. XIX — нач. XX в. мастерской М. И. Дикарева (частное собрание). В центре иконы св. покровителей Н. Новгорода 1869 г., в окладе с надписью, он был написан вместе со свт. Дионисием Суздальским, с преподобными Сергием Радонежским (как «миротворцем князей Нижегородских»), Евфимием Суздальским и Макарием Унженским — местными уроженцами (Добровольский. С. 73-75). Не исключено, что в изображениях кон. XIX — нач. XX в. могла быть запечатлена одна из реликвий (дар владимирцев к 700-летию со дня рождения святого в 1889) — хранившаяся в алтаре Преображенского собора на престоле шапочка с мощей Георгия Всеволодовича (в наст. время в НИАМЗ) из малинового бархата с горностаевой опушкой, украшенная золотым позументом в виде княжеского венца и стеклянным крестом (Добровольский. С. 42-43).

Образ Георгий Всеволодович в молении был введен в состав родословного древа русских государей, начиная с росписи 1689 г. в галерее Преображенского собора Новоспасского монастыря в Москве. К группе ранних памятников относятся изображения Георгия Всеволодовича в числе рус. князей в нижнем регистре центральной створки походного иконостаса, ок. сер. XVII в. (Покровский собор при Рогожском кладбище в Москве); на нижнем поле иконы блгв. князей Василия и Константина Ярославских с 30 клеймами жития, 2-й пол. XVII в., из Успенского собора Ярославля (ЯИАМЗ) — Георгий Всеволодович в шубе, без доспехов, рядом с мч. Димитрием Угличским. Он присутствует в серии портретных медалей русских князей и царей 1768-1772 гг. (работа Т. Иванова) и в составе барельефов 1774-1775 гг. Ф. И. Шубина для интерьеров Чесменского дворца под С.-Петербургом (с 1831 в Оружейной палате Московского Кремля, повторения в Петровском дворце и здании Сената в Кремле); на костяных пластинах холмогорской работы, в гравюрах и литографиях кон. XVIII — XIX в. (гравюра нач. XIX в. с гербом — Пантеон российских государей. М., 1805. Ч. 1). Скульптурный образ Георгия Всеволодовича 1846-1850 гг. работы И. П. Витали расположен на юж. бронзовых вратах Исаакиевского собора в С.-Петербурге.

В храме Христа Спасителя Георгий Всеволодович и другие русские св. князья («пособники святителям и преподобным в утверждении истинной Христовой веры в России») были изображены в приделе во имя блгв. кн. Александра Невского (Мостовский М. С. Храм Христа Спасителя / [Сост. заключ. ч. Б. Споров]. М., 1996. С. 75, 78); в росписи ок. 1888 г. художников К. В. Лебедева и А. И. Корзухина интерьера Вознесенского собора Ельца — в одной из арок сев. стены. В стенописи центрального свода парадных сеней Исторического музея в Москве (композиция генеалогического древа российских государей выполнена в 1883 артелью Ф. Г. Торопова) — ростовая фигура Георгия Всеволодовича со скипетром в левой руке, в овале с растительным обрамлением. «Образ всех св. российских вел. князей, княгинь и княжон рода царского» 2-й пол. XIX в. (собор равноап. кн. Владимира в С.-Петербурге) включает клеймо с изображением Георгия Всеволодовича (с непокрытой головой и ладонями перед грудью) вместе с прп. и блгв. кн. Олегом Романовичем Брянским. В аналогичном ряду святых Георгий Всеволодович представлен на иконе Божией Матери «Знамение» с собором блгв. князей и княгинь всероссийских, созданной как дар имп. семье к 300-летию Дома Романовых ок. 1913 г. московской фирмой Оловянишникова (ГЭ).

Примеры житийной иконографии святого — «Пострижение в схиму членов семьи блгв. кн. Георгия Всеволодовича перед гибелью»; «Обретение тела блгв. кн. Георгия Всеволодовича»; «Перенесение мощей блгв. кн. Георгия Всеволодовича из Ростова во Владимир» — включены в программу росписи Успенского собора во Владимире, созданной в кон. 80-х гг. XIX в. палехской мастерской Н. М. Сафонова. 6 исторических композиций с изображением блгв. князя в разном возрасте, как правило в горностаевой мантии и доспехах, представлено в литографиях П. Иванова, Х. Рябцова и И. Щедровского, напечатанных по рисункам Б. А. Чорикова ок. 1836 г.: «Вел. кн. Всеволод назначает наследником блгв. кн. Георгия Всеволодовича, 1212 г.»; «Бегство блгв. кн. Георгия Всеволодовича после Липецкой битвы, 1216 г.»; «Добросердечие вел. кн. Константина, 1217 г.»; «Болгары дарами склоняют блгв. кн. Георгия Всеволодовича к миру, 1219 г.»; «Искренность Ярослава с блгв. кн. Георгием Всеволодовичем, 1229 г.»; «Тело убитого блгв. кн. Георгия Всеволодовича найдено еп. Кириллом, 1238 г.» (Живописный Карамзин. Ил. 52-55, 57, 60).

В композициях Собора русских святых образ Георгия Всеволодовича помещен на прориси с иконы «Русские святые» 1814 г. П. Тимофеева, хранившейся в музее СПбДА (в наст. время в ГРМ — Маркелов. Т. 1. С. 459), в ряду князей крайним справа; на иконе 1-й пол. XIX в. из старообрядческой моленной на Волковом кладбище в С.-Петербурге (ГМИР); в росписи галереи, ведущей в пещерную ц. прп. Иова Почаевского, в почаевской Успенской лавре, кон. 60-х — 70-х гг. XIX в. (поновлена в 70-х гг. XX в.) работы иеродиаконов Паисия и Анатолия — в составе святых XIII в., средовек с опущенной долу, непокрытой головой; на иконах Собора святых, в земле русской просиявших, письма мон. Иулиании (Соколовой) кон. 20-х — нач. 30-х гг. XX в. и нач. 50-х гг. XX в. (ризница ТСЛ) — в группе владимирских чудотворцев, между блгв. князьями Андреем Боголюбским и Александром Невским, также на совр. повторениях этой композиции (храм Христа Спасителя, ц. свт. Николая Чудотворца в Кленниках). На иконе «Собор святых града Владимира и области его» кон. 50-х гг. XX в. (вклад еп. Афанасия (Сахарова) в Успенский собор во Владимире к 800-летию его возведения) Георгий Всеволодович — 2-й от центра в 1-м ряду левой группы святых, со склоненной головой.

Образ Георгия Всеволодовича активно разрабатывался в XX — нач. XXI в. художниками разных специализаций (иконописцами, скульпторами, мастерами декоративно-прикладного искусства), гл. обр. из Н. Новгорода и Владимира. Среди наиболее значительных произведений — живописное поясное изображение Георгия Всеволодовича, 50-х гг. XX в. худож. В. И. Агевина (Городецкий краевед. музей); гобелен «Основание Н. Новгорода», 70-х гг. XX в. работы О. Балдиной (театр юного зрителя Н. Новгорода); картина с полуфигурой Георгия Всеволодовича с развернутым свитком на фоне пейзажа с кораблем, 1994 г. худож. В. И. Заноги (местонахождение неизвестно); большой ростовой образ святого в движении, опирающегося на щит, 1995 г. иконописца В. К. Тырданова в соборе арх. Михаила в нижегородском Кремле и керамическая икона кон. XX — нач. XXI в. В. М. и Т. В. Гришиных на сев. стене этого храма; ростовая икона с частицей мощей, 90-х гг. XX в. (Спасский собор Н. Новгорода); единоличная икона на боковой двери иконостаса, кон. XX в. (собор Княгинина монастыря во Владимире); ростовая икона, созданная в нач. XXI в. иконописцами братства блгв. кн. Александра Невского (Димитровская башня нижегородского Кремля), — Георгий Всеволодович с непокрытой головой, большим крестом, мечом и щитом; изображение в числе др. местных святых на поле иконы «Новомученики нижегородские», 2001 г. (Спасский собор в Н. Новгороде); скульптурный образ Георгия Всеволодовича с поднятой десницей с крестом, верхом на коне, 2001-2002 гг. П. И. Гусева (собственность автора),- проект памятника основателю города; бронзовая скульптурная конная композиция 2002 г. скульптора Л. Т. Ядринцева (собственность автора); единоличная икона 2004 г. с мощевиком, освященная в Успенском соборе Владимира (собор арх. Михаила в нижегородском Кремле), написана по образцу современной иконографии блгв. кн. Димитрия Донского; образ в технике живописи на фоне из прорезной тисненой бересты, 2004 г. мастерской В. Логвина (частное собрание); авторское повторение полотна худож. В. П. Малиновского с изображением плывущих в ладье на фоне Дятловых гор еп. Симона и Георгий Всеволодович с дружиной, 2005 г. (здание администрации Н. Новгорода).

Лит.: Живописный Карамзин, или Рус. история в картинах / Изд. А. Прево. СПб., 1836-1844. Саратов, 1995. Ил. 52-55, 57, 60; Добровольский М. В., свящ. Нижегородский Спасо-Преображенский кафедр. собор и его достопримечательности. Н. Новг., 1894, 18982; Маркелов. Святые Др. Руси. Т. 1. С. 458-459. Т. 2. С. 81; Самойлова Т. Е. Св. кн. Георгий Владимирский. История почитания // Канонизация святых на Руси: Мат-лы 6-й Рос. науч. конф., посвящ. памяти свт. Макария (10-12 июня 1998). Можайск, 1998. Вып. 6. С. 145-154; Храмцовский Н. И. Краткий очерк истории и описание Ниж. Новгорода. Н. Новг., 1998; Синай, Византия, Русь: Правосл. искусство с VI до нач. XX в.: Кат. выст. / Мон-рь cв. Екатерины на Синае, ГЭ. [СПб.], 2000. Кат. R-62; Алдошина Н. Е. Благословенный труд. М., 2001. С. 231-239; Патриарх Никон: Облачения, личные вещи, автографы, вклады, портреты / ГИМ, ЦНЦ. М., 2002. С. 72-75. № 29; Царский храм: Святыни Благовещенского собора в Кремле / ГММК. М., 2003. С. 325. Кат. 117; Путь к граду Китежу: Кн. Георгий Владимирский в истории, житиях, легендах / Подгот. текстов и исслед. А. В. Сиренова. СПб., 2003; Древности и духовные святыни старообрядчества: Иконы, книги, облачения, предметы церк. убранства Архиерейской ризницы и Покровского собора при Рогожском кладбище в Москве. М., 2005. С. 104-107. № 64; Иконы Владимира и Суздаля. М., 2005. №. 75, 78, 120.

 

АКАФИСТ

СВЯТОМУ БЛАГОВЕРНОМУ ВЕЛИКОМУ КНЯЗЮ ГЕОРГИЮ, ВЛАДИМИРСКОМУ ЧУДОТВОРЦУ

Кондак 1

Избранный угодниче Христов, благоверный княже Георгие, возсиявый мирови, яко звезда богосветлая, святостию и чудесы твоими, приими похвальная пения любовию чтущих святую память твою и со сродники твоими, святыми князи Андреем и Глебом, моли Христа Бога сохранитися неврежденным нам от видимых и невидимых враг, да со умилением вопием ти:
Радуйся, святый благоверный великий княже Георгие.

Икос 1

Ангельское житие возлюбив от юности и ко исканию единаго на потребу направив помыслы твоя, княже Георгие, дивный образ был еси добродетелей христианских и совершенства духовнаго; темже и возвеличен был еси на земли пред братиею твоею и на небеси прославлен еси от Господа. Сего ради славяще, зовем ти сице:
Радуйся, богоизбранный княже земли Российския;
Радуйся, пречестная отрасль равноапостольнаго князя Владимира.
Радуйся, святости князя Андрея Боголюбскаго подражателю;
Радуйся, благоверия князя Глеба наследниче.
Радуйся, яко тобою град Владимир украшается;
Радуйся, яко Бог в тебе дивен является.
Радуйся, святый благоверный великий княже Георгие.

Кондак 2

Видение преславное Богоматере, бывшее благочестивому сроднику твоему князю Андрею, и множество чудес, явленных от чудотворныя иконы, укрепиша в глубине юныя души твоея, святе Георгие, пламенную любовь ко Господу и усугубиша святыя подвиги твоя. Помози убо и нам, святче, добродетелем и любви твоей последовати, да благоприятно воспеваем Богу: Аллилуиа.

Икос 2

Разум пленивый в послушание вере, богомудре, с молитвою и благоговением приял еси жребий служения стране твоей и, стяжав божественную благодать, всем был еси в нуждах скорый помощник и покровитель; темже ублажаем тя, святый княже, и, славяще Божие о тебе промышление, вопием ти:
Радуйся, Отечества нашего ревностный защитниче;
Радуйся, православия поборниче.
Радуйся, христианскаго благочестия блюстителю;
Радуйся, милости и помощи нуждающимся подателю.
Радуйся, яко тобою вернии просвещаются;
Радуйся, яко прославляяй тя чудесы Бог тобою всех к себе призывает.
Радуйся, святый благоверный великий княже Георгие.

Кондак 3

Силою молитв и благодати Божией подобен был еси, святе Георгие, благоверному князю Глебу, принесшему все житие свое в жертву Господеви, и твоим смирением удивил еси сродники твоя, хотящия лишити тя великокняжескаго стола властолюбия ради. Сего ради дивно прослави тя Господь, Емуже предстоя со Ангелы воспеваеши ныне: Аллилуиа.

Икос 3

Имея велию веру и любовь к Господу и соблюдая божественная словеса Его «да любите друг друга», ты, святый княже Георгие, яко пастырь добрый, не восхотел еси мстити присным твоим, но кротостию обличая их, с любовию увещавал еси сохраняти мир в сердцах своих. Темже убо величающе смирение твое, взываем ти сице:
Радуйся, любовь Христову себе стяжавый;
Радуйся, люди, врученныя свыше скиптру твоему, добре управивый.
Радуйся, гнев на ближняго до конца в себе умертвивый;
Радуйся, уста своя от клеветы заградивый.
Радуйся, яко тобою всякая вражда и злоба побеждаются;
Радуйся, яко от Бога и человек достойно возлюблен был еси.
Радуйся, святый благоверный великий княже Георгие.

Кондак 4

Бурю бед и скорбей претерпел еси, святый княже Георгие, егда брат твой воздвиже брань на тя и, востав со многими полчищи, на изгнание тя осуди; незлобиво восприял еси чашу поругания, богомудре, и скорбь не возможе поколебати храмину души твоея, основана бо бе на твердем камени веры во Христа. Темже, дивящеся величию терпения твоего, воспеваем к укрепившему тя Господу песнь: Аллилуиа.

Икос 4

Слышаще многую хвалу твоему великому милосердию к бедным, святе Георгие, стекахуся к тебе мнози томимии гладом и обретаху вся потребная; воспоминающе дивная твоя благодеяния, смиренно молим тя, не остави и нас милостию твоею, испроси нам у Небеснаго Владыки земли плодоносие, от глада избавление, да непрестанно восхваляем тя сице:
Радуйся, милости и сострадания преисполненный;
Радуйся, страждущим в жизни сей сострадателю.
Радуйся, безпомощным скорый помощниче;
Радуйся, всем сущим в напастех милосердый заступниче.
Радуйся, яко тобою немощнии сильни бывают;
Радуйся, яко молитвам твоим Господь благоутробно внемлет.
Радуйся, святый благоверный великий княже Георгие.

Кондак 5

Боголюбивый угодниче Божий Георгие, восприяв великия скорби, и яко язвы Господа Иисуса на телеси твоем понесый, укреплялся еси духом при гробе святых сродников твоих, князей Андрея и Глеба, изливая пред ними печаль твою. Мы же, взирающе с трепетом на пречистыя мощи ваша, преклоняем колена, со умилением взывающе Богу: Аллилуиа.

Икос 5

Видевше тя людие града Владимира, по речным струям в легцей ладии носящася и во изгнание из древняго града в страну Волжскую преселяющася, с сокрушенным сердцем и слезами к тебе устремишася; ты же, угодниче Божий, молился еси о них, благословляя их. Не презри и нас, прибегающих к заступлению твоему и воспевающих похвалы сия:
Радуйся, дивную крепость духа в скорби показавый;
Радуйся, терпением злобу мира сего победивый.
Радуйся, яко всего себе в жертву за люди твоя принесл еси.
Радуйся, яко Отечество твое от погибели спасл еси.
Радуйся, яко заступлением твоим и ныне Царство Российское от междоусобныя брани охраняется;
Радуйся, яко предстательством твоим уповаем и мы от бед избавитися.
Радуйся, святый благоверный великий княже Георгие.

Кондак 6

Проповедника добрых дел явил еси себе, преблаженне княже Георгие; ты бо, ревнуя о благочестии, украшал еси церкви, христианом был еси покровитель, алчущим питатель, безпомощным и угнетенным защитник. Сего ради, надеющеся на твое милосердное о нас попечение, усердно прибегаем к твоему заступлению, взывающе благодарственно Богу: Аллилуиа.

Икос 6

Возсиял еси пречудно добротою души твоея, святый угодниче Христов, егда видя слезное покаяние князя, брата твоего, иже на одре смертнем с сокрушенным и смиренным сердцем прощения прошаше у тебе, забыл еси вся козни его и понесенныя тобою скорби и, облобызав его, обещал еси быти чадом его во отца и покровителя. Ублажая таковое истинно христианское братолюбие твое, вещаем ти таковая:
Радуйся, брата твоего, враждовавша на тя, любовию Христовою возлюбивый;
Радуйся, того на смертнем одре прощением и утешением укрепивый.
Радуйся, благая за зло воздавый;
Радуйся, отеческую любовь вдовице и сирым обещавый.
Радуйся, яко дивный образ любве Отца Небеснаго к себе явивый;
Радуйся, пример братолюбия христианскаго и всем нам оставивый.
Радуйся, святый благоверный великий княже Георгие.

Кондак 7

Хотя Господь явити благодать Свою, дарова те бе, яко избраннику Своему, силу благоугождати Ему; ты же, святый княже Георгие, возлюбил еси Господа твоего всем сердцем твоим и всею душею твоею, и ближняго твоего, яко сам себе; явился бо еси сиротствующим чадом брата твоего воистинну покровитель и утешитель, споспешествуя благому устроению жития их. Сице убо яви милостивую помощь твою и нам, молящимся ти и поющим Господеви: Аллилуиа.

Икос 7

Новое знамение благоволения Божия даровася тебе, святый угодниче Божий, егда Господь возврати тя на престол великокняжеский и прослави тя паче братий твоих. Темже, уповающе на святыя молитвы твоя, молим тя, помози нам достойно ходити звания, в немже поставлени есмы, да поем ти сице:
Радуйся, святых страстотерпцев Бориса и Глеба в Царствии Небеснем сонаследниче;
Радуйся, святых князей Андрея и Глеба богоизбранный преемниче.
Радуйся, в народоправлении велию мудрость проявивый;
Радуйся, подчиненныя ти люди на путь благочестия направивый.
Радуйся, яко молитвами твоими престоли правоверных царей утверждаются;
Радуйся, славо и утверждение града Владимира.
Радуйся, святый благоверный великий княже Георгие.

Кондак 8

Странное и преславное чудо совершися в дивней победе твоей, святый княже Георгие, над нечестивыми враги, пришедшими от брегов Оки и Волги; с молитвою бо во устех и мечем в руце усмирил еси я. Сице избави ны от враг видимых и невидимых, брань на ны воздвизающих, и на правый путь спасения направи нас, да возможем воспевати Богови: Аллилуиа.

Икос 8

Всего себе предав воли Божией, неутомимое попечение имел еси о стране твоей, защищая ю и укрепляя; многотрудное бо совершил еси шествие для устроения Новаграда низовския земли, идеже церковь во имя Спаса устроил еси и многия неверныя ко Христу привел еси. Темже славяще благоприятное твое о людех попечение, вопием ти:
Радуйся, Новград на защищение Отечества от врагов устроивый;
Радуйся, святыми храмы той украсивый.
Радуйся, веры Христовы усердный проповедниче;
Радуйся, о спасении грешных теплый молитвенниче.
Радуйся, яко имя твое доныне в Новеграде прославляется;
Радуйся, яко и на небеси славою и честию от Бога превознесен еси.
Радуйся, святый благоверный великий княже Георгие.

Кондак 9

Вси людие радовахуся, егда цельбоносныя мощи святаго страстотерпца Авраамия по повелению твоему, святый княже Георгие, несены быша из Болгарския страны во град Владимир; ты же, святый угодниче Христов, со святителем Митрофаном и князи и всем священным собором, изшедше в сретение им, со умилением поклонение и молитву сотворил еси, взывая Господу Богу: Аллилуиа.

Икос 9

Витии многовещании, от Рима посланнии, не возмогоша отклонити тя от Православный Церкве и правыя веры; ты бо, святый исповедниче Христов, рекл еси: паче умрети ми, неже православный веры отрещися, и тако суемудренныя учители посрамил еси. Сего ради ублажаем тя, зовуще:
Pадуйся, православныя веры непоколебимый столпе;
Радуйся, Христовы Церкве стено и утверждение.
Радуйся, велию православнаго исповедания тайну иноверным открывый;
Радуйся, заблуждающихся в вере обличивый.
Радуйся, яко тобою и ныне от ересей Церковь ограждается;
Радуйся, яко твоим предстательством и град наш доныне в православии нерушимо пребывает.
Радуйся, святый благоверный великий княже Георгие.

Кондак 10

Спасти хотя страну твою от нашествия злых татарских полчищ, ты, святый княже Георгие, не усумнился еси оставити и дом, и жену, и братию, и сестры, и чада твоя; но ради спасения ближних твоих от погибели, яко истинный последователь Христов, живот свой положил еси, воспевая Господеви: Аллилуиа.

Икос 10

«Царю Небесный, Утешителю души моея», — взывал еси, святе Георгие, на брани, весть прием о мученичестей кончине присных твоих и, подобно праведному Иову, преклонь колена, молился еси: «Да будет воля Твоя, Господи! Буди имя Твое благословенно отныне и до века!» Мы же, дивящеся великому терпению твоему, во умилении зовем ти:
Радуйся, образе вернаго служения Богу и Отечеству показавый;
Радуйся, дивное отвержение себе спасения ради ближних твоих явивый.
Радуйся, яко пострадати за имя Христово возжелел еси;
Радуйся, яко, мучеником подражавый, лику их сопричтен еси.
Радуйся, яко пред великим мужеством твоим всяк возраст преклоняется;
Радуйся, яко венец твой княжеский кровными каплями, яко камением чудным, украсил еси.
Радуйся, святый благоверный великий княже Георгие.

Кондак 11

Пение ангельское совершашеся на небеси, егда безбожнии воини мечем усекнуша честную главу твою, страстотерпче святый, и ты предал еси душу твою в руце Бога живаго, Егоже от юности возлюбил еси. Темже поминающе блаженное успение твое, с сокрушенным сердцем преклонше колена, прибегаем к тебе, святый угодниче Христов, и молитвенно просим тя о еже молитися за нас ко Господу, да и мы сподобимся вкупе со Ангелы на земли живых пети Ему: Аллилуиа.

Икос 11

Свет Божественныя благодати озари блаженнаго епископа Кирилла, да совершит молитву по убиенным воином на поли брани, и егда шед, обрете обезглавленное честное тело твое, святе Георгие, потом же и главу твою, и благоговейне принесши я во град Ростов, предаде погребению в соборнем храме. Мы же, почитающе честная страдания твоя, за веру и Отечество претерпенная, величаем тя сице:
Радуйся, живот твой на брани мужественно положивый;
Радуйся, жизнь вечную в Царствии Небеснем получивый.
Радуйся, венец княжеский вкупе со главою твоею неверным за ближния твоя оставивый;
Радуйся, венец мученический от Царя Небеснаго приявый.
Радуйся, яко тобою и до сего дне Отечество наше от врагов избавляется;
Радуйся, дивный хранителю, от Бога всем нам данный.
Радуйся, святый благоверный великий княже Георгие.

Кондак 12

Божественная благодать явися на тебе, святый благоверный княже Георгие, и неизреченное чудо дивно открыся, егда бо пронесение святых мощей твоих во град Владимир совершашеся, вси людие со страхом и трепетом узреша, яко честное тело твое бысть цело, и отсеченная глава прильне к телеси твоему, яко не отсечена. Дивящеся убо чудеси и преклоняюще колена, молим тя, угодниче Божий, испроси и нам недостойным благодать, и милость от Господа, да возможем богоугодно воспевати Ему хвалебную песнь: Аллилуиа.

Икос 12

Поюще радостную песнь хвалы и благодарения Господу, прославльшему тя, святый княже Георгие, восхваляем и святыя сродники твоя, вкупе с тобою нетленными мощами своими почивающия: святаго князя Андрея, мученический венец приявшаго, и святаго князя Глеба, дивными подвиги просиявшаго, и усердно молим тя с ними услышати хвалебное сие пение нас взывающих:
Радуйся, великий княже Георгие, Престолу Царя Небеснаго предстояй;
Радуйся, о грешнем роде человечестем молитву пред ним возносяй.
Радуйся, от святых мощей твоих многая чудесная исцеления болящим источаяй;
Радуйся, от страстей благодатию, данною ти от Бога, души наша свобождаяй.
Радуйся, яко тебе и святым князем Андрею и Глебу, сродником твоим, вернии всеусердно покланяются;
Радуйся, наша недостойная хваления благосердно приемляй.
Радуйся, святый благоверный великий княже Георгие.

Кондак 13

О преславный и святый угодниче, страстотерпче Христов, великий княже Георгие, вонми гласу моления нашего и ходатайством твоим испроси нам от Господа в жизни сей в вере и добродетелех утверждение, от ересей и расколов сохранение, от скорбей и напастей избавление, прегрешений наших прощение и в час смертный твердое спасения упование, да сподобимся Царствие Небесное наследовати и вечно воспевати Богу: Аллилуиа, Аллилуиа, Аллилуиа.

Этот кондак читается трижды,
затем икос 1-й и кондак 1-й
Молитва святому благоверному великому князю Георгию, Владимирскому чудотворцу

О богоизбранный чудотворче, преславный угодниче Христов, Церкве Православныя поборниче, Царства Российскаго защитниче, великий княже Георгие! Преклоньше колена, молим тя: призри на ны грешныя, прибегающия к твоему заступлению, услыши сие малое моление наше и теплым твоим предстательством умоли милостиваго Бога, Емуже предстоиши с лики Ангел и со всеми святыми, да сохранит нас в единении Православныя Церкве и утвердит в сердцах наших дух правыя веры и благочестия, и избавит нас от всякаго злаго искушения. По велицей любви твоей, еюже ближния твоя возлюбил еси, испроси у всещедраго Господа Отечеству твоему, и нашему купно, мир и благоустроение; всем же нам, недостойным, усердно к тебе припадающим, богоугодное и безмятежное житие. О святый заступниче наш, не остави нас слабых и безпомощных, молися за ны ко Господу и Пречистей Владычице Богородице, подвигни с собою на молитву о нас богопрославленныя сродники твоя, святыя князи Андрея и Глеба, с нимиже вкупе зде на земли нетленными мощами почиваеши и на небеси, у Престола Царя Небесного предстоиши, да дарует Он всещедрый вся нам, яже к пользе временней и вечней потребная; да не воздаст нам по делом нашим, но по неизреченному человеколюбию Своему простит согрешения наша, да избавит нас от всякия нужды и печали, скорби и болезни; да ниспослет нам благое намерение и силу подвизатися в исправлении жития нашего, и в будущем веце да сподобит нас внити в Царствие Небесное и славити Всесвятое Имя Отца и Сына и Святаго Духа во веки веков. Аминь.

Тропарь благоверному великому князю Георгию (Юрию) Всеволодовичу Владимирскому
Тропарь, глас 8:

На высоте великаго княжения седя,/ явился еси, благочестием и верою сияя отечеству своему, яко солнце;/ по Святей Троице ревностию разжегся/ и за веру крепко пострадав, кровь твою пролиял еси./ Тем и отсеченая твоя за Христа глава свидетельствует яве о тебе,/ прилепшая по смерти к телеси твоему,/ с неюже и до днесь нетленны пребывают мощи твоя,/ от нихже источаеши исцеления душам и телесем нашим./ Но яко дерзновение имея ко Христу, страстотерпче Георгие,/ непрестанно моли державу твою и сродник твоих/ безвредну сохранити молитвами твоими.

Кондак, глас 8:

Христове смерти подобяся/ и Того испити чашу возжелев, яко Живота,/ за Негоже мужески подвизался еси, презрев земное царство,/ от безбожных варвар пострадав до смерти,/ Георгие Богомудре./ Тем моли, спастися верным людем молитвами твоими.

Величание

Величаем тя, благоверный великий княже Георгие, и чтим святую память твою, ты бо молиши за нас Христа Бога нашего.

(786)

Добавить комментарий